Притчи. Глава 8

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. 1,20.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. ком. к 1,20–33.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. ком. к 1,20–33.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

люди. Соответствующее древнееврейское слово обычно является обращением к лицу мужского пола, но в широком смысле может обозначать человека вообще. Премудрость обращается ко всем людям. В постижении мудрости не могут участвовать только избранные, ибо она принадлежит всему человечеству.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. ком. к 1,4.22.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

правда. Критерий оценки ценностей.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

истину. В книге Притчей многократно говорится о мудрости как об истине. Здесь подразумевается божественное происхождение слов премудрости.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

справедливы. Евр.: «праведны». Это слово означает нечто большее, чем нравственная безупречность, напоминая о совершенстве устроенной по замыслу Божиему вселенной.

Награды мудрости.

Сокровище непогибающее и слава (ст. 18) Плоды ее лучше золота и серебра (ст. 19) Блаженство (ст. 32,34) Жизнь (ст. 35) Благодать от Господа (ст. 35)

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Премудрость также самодостаточна, как и слово Божие. Стремящийся к ней человек должен открыться ей. Иначе говоря, всякая истина – от Бога, без знания о Котором вся полнота правды сокрыта от нас (ср. Мф. 13,10–16; Лк. 11,52).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Сравнение премудрости с сокровищами, обладать которыми желает каждый, подчеркивает ее непреходящую ценность (см. 2,4; 3,14.15; 8,19–21; Иов 28,17) и относительную ценность материальных сокровищ.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Сравнение премудрости с сокровищами, обладать которыми желает каждый, подчеркивает ее непреходящую ценность (см. 2,4; 3,14.15; 8,19–21; Иов 28,17) и относительную ценность материальных сокровищ.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. 1,4.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Страх Господень. См. 1,7; 2,5; 3,7; 9,10. Премудрость напоминает, что никакая система этических норм не может обходиться без мерила праведности, добродетели и истины.

гордость ... я ненавижу. Премудрость непосредственно отражает Божию непримиримость ко злу (см. 6,16; Пс. 5,5; Ис. 61,8; Иер. 44,4).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

совет. Данное слово означает не только мнение, основанное на знаниях и опыте, но и совместное обсуждение плана действий. В древнееврейском тексте это же слово используется, когда речь идет о совете Божием и Его промысле (Ис. 5,19; 19,17; 25,1; 28,29). Премудрость соучаствует в этом совете, и тот поистине мудр, на ком почиет Дух Божий (Ис. 11,1–3).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Сотворив человека, Господь установил Своим словом пределы его власти (Быт. 1,26–28). Земное владычество стало неотделимо от премудрости, а всякое мудрое правление, в свою очередь, основано на страхе Господнем (Втор. 17,18–20; 1 Цар. 3,6–9; 4,29–34). См. статью «Христиане и государственная власть».

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Сотворив человека, Господь установил Своим словом пределы его власти (Быт. 1,26–28). Земное владычество стало неотделимо от премудрости, а всякое мудрое правление, в свою очередь, основано на страхе Господнем (Втор. 17,18–20; 1 Цар. 3,6–9; 4,29–34). См. статью «Христиане и государственная власть».

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Любящих меня я люблю. Мудрость сокрыта от неразумных (1,28.29) и опекает тех, кто предан ей (4,6.8.9).

ищущие меня найдут меня. См. 2,4.5; 3,13–15. Эти слова предполагают связь между премудростью и милостью Божией (ср. Ис. 55,6), и потому не случайно, что их произносит Иисус (Мф. 7,7).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

богатство и слава. См. 3,2.16. Начало правления Соломона является примером тех благ, которые приносит мудрость (3 Цар. 10,1–9).

правда. Значение соответствующего древнееврейского слова не ограничивается одной лишь нравственностью, а подразумевает верность Божиему закону в широ

ком смысле, имея в виду надлежащие отношения между Богом, людьми и всем тварным миром.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. ком. к ст. 10,11.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

правды. См. ком. к ст. 18.

правосудия. В данном случае это слово – синоним слова «праведность» (см. 1,3 и ком.).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

См. ст. 18 и ком.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Господь. См. ком. к 1,7. Завет с Израилем развивает обетования Божии, данные еще в раю.

имел меня началом. Эти слова не приписывают премудрости самостоятельной божественной сущности, ибо она является одним из свойств Бога.

прежде созданий. Премудрость есть первоначальная воля Божия (Еф. 1,11), Его предвечный промысел, устанавливающий все существующее и определяющий ход истории.

искони. Иными словами, премудрость предшествует самооткровению Божиему в завете и обетовании спасения.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Премудрость предшествует сотворению мира.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

Я родилась. Промысел Божий предшествует Его деяниям. Здесь эти слова являются поэтическим выражением, а не указанием на явление нового божественного существа.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

укреплял источники бездны. См. Быт. 7,11; 8,2.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

Мудрость, открывающая человеку знание о мире, основывается на данной ему Богом власти над всем творением (Быт. 1,26–28; 3 Цар. 4,29.33). Мудрость невозможна без понимания тварного мира, который дается в откровении (страх Господень: 1,7; 9,10).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

я была ... художницею. Премудрость предстает творческим началом созидания (ср. Исх. 31,3, где словом «искусство» переведено древнееврейское слово «хокма» – мудрость).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В этой части главы, по форме напоминающей гимн, говорится о мудрости как о сущности мироздания. Такая точка зрения отнюдь не отрицает историю завета и божественного спасения Израиля, поскольку сами мудрецы хранят верность завету.

веселясь ... радость. Премудрость здесь отражает удовлетворение Божие при виде Своего создания, которое было «хорошо весьма» (Быт. 1,31).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

блаженны. См. ком. к 3,13. Божие благословение, являясь противоположностью Его проклятию, представляет собой одно из понятий завета (см. Втор. 28,1–14; статью «Божий завет милости»). Употребленное здесь древнееврейское слово служит для описания того, как мудрость вознаграждает преданных ей людей (3,13–18).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

бодрствуя каждый день у ворот моих. Эти слова изображают ученика, жаждущего всякого мудрого слова, у дверей дома своего наставника.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

Значение благ, которые предоставляет мудрость, здесь приравнивается к значению самой жизни. Быть живым, в свою очередь, означает состоять в нерасторжимой связи с Богом, человечеством и всем творением (см. ком. к 3,2.18).

благодать от Господа. Вверяя свою жизнь истинной мудрости, человек достигает расположения Божия.

В ст. 1–7 премудрость предстает как осознание человеческого опыта, проникнутое чувством страха Господнего. В данном поэтическом отрывке премудрость является наставницей и свидетельствует о себе сама. Было бы слишком смелым видеть в персонификации премудрости (особенно в 8,22–31) непосредственные черты Божественного Лица, однако совершенно ясно, что воплощенной премудростью Божией стал Иисус Христос, явивший суть и могущество мудрости (см. Ин. 1,1–18; 1 Кор. 1,24.30; Кол. 1,15.16; Евр. 1,1–4). Данная глава состоит из нескольких фрагментов, объединенных одной темой: премудрость как цель, к которой должен стремиться человек (ст. 1–11), ее власть над миром (ст. 12–21) и, наконец, сви

Мудрость в притчах представлена как пребывавшая с Богом еще до начала творения. Мудрость предлагает наставить на пути Божии. Обрести мудрость означает обрести жизнь.

Происхождение мудрости.

Мудрость научает.

От Бога (ст. 22) От века (ст. 23) Прежде всех творений (ст. 23–30)

Благоразумию (ст. 5,12) Разумению (ст. 5) Важным вещам (ст. 6) Истине (ст. 7) Отвергать нечестие (ст. 7) Справедливости (ст. 8) Знанию (ст. 12) Рассудительности (ст. 12) Страху Господнему (ст. 13)

детельства ее божественного происхождения и особого места в процессе творения (ст. 22–31); в заключительном обращении премудрость отождествляется с жизнью (ст. 32–36). Помимо мудрости, приходящей из человеческого опыта, существует предвечная премудрость Божия, которая обустраивает весь тварный мир и устанавливает необходимые связи всех созданий с Богом и друг с другом. Это означает, что человеческая мудрость приобретает силу только тогда, когда основывается на откровении Божием, то есть со страхом внимает Его слову (1,7; 9,10).

ненавидящие. Ненавидеть премудрость – значит ненавидеть саму жизнь (см. ст. 35) и, следовательно, любить смерть.