От Матфея. Глава 5

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

сел. Учитель обычно сидел (Лк. 4,20).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Блаженны. Блаженство включает в себя духовное благо, одобрение Божие и, таким образом, счастливое будущее (ср. Пс. 1).

Нищие духом. Испытывающие духовную нужду. Апостол Павел говорит о том же в Рим. 9,30.31. У Луки (6,20) нет слова «духом», поэтому существует мнение, что Иисус говорил об обычной, материальной нищете. Материальная нищета и осознание нищеты духовной – часто сопутствующие, но отнюдь не тождественные явления.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

плачущие. Судя по контексту, это те, кто плачет о грехе и зле, особенно собственном, а также о неспособности человечества воздать истинную хвалу Богу.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

кроткие. Эта заповедь блаженства перекликается с Пс. 36,11. Смирение пред Богом и послушание Ему – вот смысл данного выражения. Образец кротости – Иисус (11,29).

наследуют землю. Речь идет о том, что свершится обетование Аврааму, которого апостол Павел (Рим. 4,13) называет «наследником мира» (ср. Евр. 11,16).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

алчущие и жаждущие правды. Желаемое получат не те, кто уверен в своей праведности, а те, кто ищет праведности Божией.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

они Бога узрят. Бог – это Дух, и потому люди увидеть Его не могут (Кол. 1,15; Тим. 1,17; 6,16). Однако здесь Бог обещает верующим, что они увидят Его прозрением веры. Иисус заверяет Своих учеников, что, видя Его, они «видели Отца» (Ин. 14,9).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

миротворцы. Речь идет о духовном мире, а не о прекращении войн между народами. Обычно полагают, что Иисус имел в виду тех, кто помогает другим обрести мир с Богом, но можно понять эту заповедь и в свете ст. 25 – обретшие мир с Богом именуются Его сынами. Принцип этот развит в ст. 45: сыны Божии в мире даже со своими врагами.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

соль. Соль прежде употреблялась, главным образом, для сохранения пищи. Ученики, подобно соли, должны препятствовать разложению мира. См. статью «Христиане в этом мире».

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

См. Ис. 60,1–3.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

закон или пророков. Так называли весь ВЗ. См. статью «Закон Божий».

не нарушить. Ст. 21–48 надо читать в свете этой вводной фразы. Исполняя закон, Иисус не умаляет, не изменяет и, тем более, не отменяет прежние заповеди, но, устанавливая в Своем учении их истинную суть и цель, следует им в Своей угодной Богу жизни. И закон, и пророки указывают на Христа.

пока не исполнится все. Пока не наступит Царство Божие (гл. 24–26), о котором должны молиться все верующие (6,10).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

если праведность ваша не превзойдет. Иисус порицает фарисеев за то, что праведность их – лишь оболочка (гл. 23). Сосредоточив внимание на внешнем, они обходили истинные требования Закона (Десяти Заповедей) и тем самым не исполняли их. В кумранских текстах говорится, что фарисеи «искали того, что легче», ибо они приспосабливали Закон к «реальной жизни», шли на компромисс с ней, а потому – не понимали, как нужна им благодать и как зависят они от Бога. В следующих стихах Иисус восстанавливает истинную сущность Божиего Закона, требующего полной святости.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Вы слышали, что сказано. Так учит не сам Божий закон с его обетованиями (Втор. 5,17), – так учат закону книжники и фарисеи (см. ком. к 5,43).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

рака ... безумный. Слово «рака» являлось крайним оскорблением и произнести его мог только человек, поддавшийся необузданному гневу, т.к. это слово как бы подводило итог словесной перебранке и провоцировало переход к физическим действиям (нередко к пролитию крови).

геенна. Долина Гинном – мусорная свалка под Иерусалимом, где огонь горел постоянно. Место это было известно и тем, что при Ахазе и Манассии здесь производились человеческие жертвоприношения (2 Пар. 28,3; 33,6). Иеремия (7,32) пророчествовал, что оно станет «долиной убийства», символом суда Господня. См. статью «Ад».

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

мирись... скорее. Ст. 23, 24 говорят о примирении с обидевшим братом, а в ст. 25, 26 речь идет, по-видимому, о конфликте с соперником в суде.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

вырви его. Ср. 5,30 – ÓÚÒÂÍË ÂÂ. Категоричность требования показывает, как радикальна этика Иисуса. Конечно, Он говорит не о членовредительстве, поскольку не в глазу и не в руке созревает похоть, а в сердце и в разуме.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

См. статью «Брак и развод».

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

не клянись. Иисус имеет в виду казуистическое требование особой клятвы, которая делает произнесенные слова обязательными. Он считает, что всегда следует говорить так, словно все сказанное – под клятвой. См. статью «Правдивость речи, клятвы и обеты».

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

око за око. Изначальный смысл (Исх. 21,24; Лев. 24,20 и Втор. 19,21) заключается в том, что воздаяние должно соответствовать преступлению. Таким образом исключалась месть, превосходящая вину (какой кичился Ламех, Быт. 4,23), или разное наказание для представителей разных слоев общества. Иисус возражает и против того, чтобы заповедь эту понимали как оправдание личной мести.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

не противься злому. В данном контексте – «не ищи отмщения в суде». Удар в правую щеку (тыльной стороной руки) – не только удар как таковой, но и оскорбление. Возможно, в словах Иисуса – ссылка на слова Раба Господня (Ис. 50,6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

кто принудит. Римский солдат мог принудить местного жителя стать ему провожатым или даже носильщиком. Если нас заставляют что-то для кого-то сделать, мы должны не сетовать, а по собственной воле сделать больше, чем требовали от нас.

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

ненавидь врага своего. Такого в ВЗ нет, но книжники делали ложный вывод,

понимая под «ближним» только своего единоверца. Иисус показывает, что на самом деле слова книги Левит (19,18) относятся и к врагам (ср. Лк. 10,29–37).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

См. статью «Божественное провидение».

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Нагорная проповедь – первая из пяти основных частей Иисусова учения в этом Евангелии (см. Введение: Характерные особенности и темы) – представляет, главным образом, этический аспект Царства. В связи с ней вставали важные вопросы, в частности о том, принимать ли ее буквально и к кому она относится. Ранняя Церковь склонялась к буквальному толкованию Нагорной проповеди, но полностью относила ее только к особой группе христиан, прежде всего – к монахам. Другие (напр., анабаптисты) пытались отнести ее ко всем христианам. Были и такие, кто относил ее ко времени тысячелетнего царства или рассматривал как возвышение Моисеева закона, призванного побудить к раскаянию (Лютер). Однако были утверждения, что нельзя понимать ее требования буквально, поскольку Иисус имел в виду не столько внешнее поведение, сколько внутренний настрой, и что суровость ее имеет целью подвести человека к критической точке сознания: необходимости принять решение.

Нагорная проповедь обращена к ученикам и через них – ко всей современной церкви (5,2). Кроме того, она подразумевает и внутренние побуждения, и поступки (см. 5,21.22; 27,28), а требования ее столь категоричны (5,48), что никто не может выполнить их в совершенстве и должен полагаться исключительно на благодать и милость Божию. Иногда Иисус обращается к гиперболе, чтобы подчеркнуть строгость Божиих требований (5,29.30).

Эта проповедь приводится и в Евангелии от Луки (Лк., гл. 6).

Итак будьте совершенны. Бог требует от Своего народа, чтобы образцом для него было Божие совершенство. Бог благоволит ко всем, Он любит всех и всем посылает Свою благодать (ст. 45). Хотя в этой жизни такого совершенства не достичь, те, кто стали сынами Божиими, стремятся к нему (Флп. 3,12.13).