Послание к ефесянам апостола Павла

Послание не оставляет сомнений, что его автором является Павел (1,1; 3,1). Тематика и язык произведения свойственны ранним трудам апостола; особенно красноречивы дословные совпадения с Посланием к колоссянам.

Тем не менее, уже в новое время возникли сомнения в авторстве Павла. Одни считали, что Послание к ефесянам слишком зависимо от Послания к колоссянам. Отмечалось, что, хотя в послании «звучит голос Павла», фразы в нем более громоздки, чем в признанных трудах Павла и оно имеет характер не столько поучения, сколько молитвы. Эти соображения позволили некоторым исследователям утверждать, что Послание к ефесянам было написано не самим Павлом, а кемто из его учеников в попытке развить некоторые идеи Павла, высказанные им в Послании к колоссянам.

Язык и строй Послания к ефесянам, несомненно, своеобразны. Они настолько свойственны Павлу, что трудно представить, чтобы церковь, даже не будь имени автора в тексте, приписала бы это послание комулибо другому. Безусловно, ассоциации с Посланием к колоссянам возникают при чтении этого послания. Но невозможно представить себе последователя апостола, столь раболепно старающегося подражать учителю, дословно перенося некоторые фрагменты из Послания к колоссянам, и одновременно обладающего талантом, позволяющим перевести присущий Павлу стиль изложения с плана учительного и вероисповедного в план славословия и молитвы и расширить богословскую концепцию Павла о вселенском значении Христа до учения о вселенской церкви. Еще труднее представить, чтобы ранняя церковь не сумела распознать подделку. Сходство между посланиями легче объяснить, предположив, что ефесянам писал сам Павел вскоре после завершения Послания к колоссянам. Гораздо легче поверить в это, представив, что сам Павел усваивает необычайно проникновенный стиль молитвы, чтобы сосредоточиться на вселенском значении Христовой Церкви, и одновременно продолжает размышлять над господствующей темой своего Послания к колоссянам – вселенском значении Самого Христа.

Узы, упомянутые в 3,1 и 6,20, – те же, о которых шла речь в Кол. 4,3.10.18; вероятно, это двухлетнее (60–62 гг.) домашнее заключение Павла в Риме, о котором повествует гл. 28 книги Деяния.

Ефес был столицей Асии – провинции Римской империи на западе Малой Азии. Город служил мостом между западной и восточной частями Римской империи и был одним из пяти главных городов империи в I в. по Р.Х. Проповедь там Павла в 53–55 гг. описана в гл. 19 книги Деяния. Во время необычно продолжительного пребывания там Павла Ефес стал центром благовестия в западной части Малой Азии (Деян. 19,10). Сердечность отношений Павла с Ефесской общиной отражена в его прощальной речи к ее пресвитерам перед отправлением в Иерусалим с дарами от церкви из язычников. Апостол надеялся укрепить связь между христианами из иудеев и из язычников (Деян. 20,16–38). Самой выдающейся достопримечательностью Ефеса был храм богини Артемиды (Дианы), одно из «семи чудес» древнего мира. Как свидетельствует обнаруженная надпись, город называл себя «питателем» богини; в свою очередь, благодаря ей Ефес был «весьма славен» среди всех городов Асии. Жители Ефеса способны были оценить в словах Павла тонкую иронию в свой адрес: «никто не имеет ненависти к своей плоти, но питает и греет ее»; как и Христос, «питающий» Свое тело – Церковь (5,29). В Ефесе проповедь Павла вызвала острый конфликт с последователями языческого культа (Деян. 19,23–40); здесь же его благовестие побудило множество людей отказаться от чародейства (Деян. 19,17–20). Призыв Павла обличить постыдные и бесплодные дела тьмы (5,8–14) и приготовиться к войне против «духов злобы поднебесных» (6,12) должен был подействовать с особой силой на людей, занимающихся подобными делами.

Есть основания полагать, что послание было известно не только в Ефесе. Самые древние и лучшие греческие рукописи не содержат в обращении упоминания об Ефесе; оно читается так: «святым, сущим и верным во Христе Иисусе» (1,1). Некоторым известным церковным деятелям II и III вв. было неведомо послание, обращенное к ефесянам. Три места послания (1,15; 3,2; 4,21) как будто не позволяют говорить о личной связи Павла с ефесянами, а ведь известно, что она была. Более того, в послании нет личных обращений и приветствий, какие Павел почти всегда включает в свои письма. Однако ни одна рукопись не указывает на другого адресата. Поэтому многие исследователи считают, что труд был написан как соборное послание, которое Павел намеревался распространить среди многих общин на западе Малой Азии. Это объясняло бы многоплановость содержания послания в целом. Тем не менее трудно объяснить, почему в подавляющем большинстве известных рукописей в обращении были приписаны слова в «Ефесе», если эти слова не фигурировали там изначально.

Следовательно, можно предположить одно из двух: либо Павел написал послание именно ефесянам, но по мере того, как оно распространялось между общинами, адрес был опущен в некоторых рукописях, поскольку содержание письма представляло интерес не только для первоначального адресата; либо сам Павел, возможно, написал послание в двух вариантах: одно – непосредственно ефесянам, а другое – как общее послание, предназначенное более широкому кругу читателей.

Как и Послание к римлянам, Послание к ефесянам дает редкую возможность проникнуть в мысли Павла в момент, когда он позволяет себе свободно высказываться по общей теме, не будучи связанным решениями спорных вопросов местного значения. В Послании к ефесянам особенно чувствуется благоговение, с каким апостол осмысливает тайну Церкви.

Церковь – это новый народ Божий, люди, в среду которых Господь заложил предвкушение возрожденного единства и высокого достоинства человеческого рода (1,10–14;

I. Приветствия (1,1.2)

II. Хвала Богу за благословения во Христе (1,3–14)

А. Избранные Отцом (1,3–6) Б. Искупленные Сыном (1,7–10) В. Запечатленные Духом Святым (1,11–14)

III. Молитва о церкви (1,15–23)

IV. Наше положение во Христе (2,1 – 3,13)

А. Примиренные с Богом и сидящие со Христом (2,1–10) Б. Примиренные с народом Божиим и возрастающие в храм Божий (2,11–22) В. Нам вверены и открыты тайны Божии (3,1–13)

V. Молитва о церкви (3,14–21)

VI. Хождение во Христе: путь к единству и чистоте (4,1 – 6,9)

А. Единство и многообразие (4,1–16) Б. Новый ум (4,17–24) В. Новый путь: в единстве, любви, чистоте, свете и мудрости (4,25 – 5,17) Г. Исполнение Духом Святым (5,18 – 6,9)

1. В поклонении Богу и прославлении Его (5,18–20) 2. В общем и взаимном повиновении (5,21) а) мужья и жены (5,22–33) б) родители и дети (6,1–4) в) господа и рабы (6,5–9)

VII. Наше противостояние духовным силам тьмы (6,10–20)

А. Призыв вооружиться против подлинного врага (6,10–12) Б. Наши доспехи, оружие и способы борьбы (6,13–20)

VIII. Прощальные приветствия (6,21–24)

2,11–22; 3,6.9–11; 4,1 – 6,9). Церковь – это община, в которой сила Божия, примиряющая человека с Ним, переживается на личном опыте и затем распространяется, преобразуя все (2,1–10; 4,1–16; 4,32 – 5,2; 5,22 – 6,9); это новый храм, созданный из людей и основанный на откровении Бога о Себе Самом; все возрастающий, он станет местом пребывания Бога на земле (2,19–22; 3,17–19). Церковь – организм, сила и воля которого проявляется по образу Самого Христа (1,22; 5,25–27), ее служение – это служение Ему (4,11–16; 5,22 – 6,9). Церковь – это невеста, готовящаяся к приходу своего возлюбленного и супруга (5,22–32), искупившего ее и отдавшего за нее Себя.

в истинном святилище – небесном Иерусалиме (Гал. 4,26; Евр. 12,22–24), в месте Божиего присутствия. Церковь одна, хотя сообщество поклоняющихся Богу состоит из церкви воинствующей (те, кто еще пребывает на земле) и церкви прославленной (те, кто после физической смерти увенчаны славой на небесах). В мире Церковь представлена поместными общинами, конгрегациями и деноминациями (Еф. 4,3–6). Церковь свята, поскольку освящена Богом как в целом, так и каждый отдельный христианин (Еф. 2,21). Церковь называется вселенской, поскольку охватывает весь мир. Наконец, Церковь является апостольской, поскольку основывается на учении апостолов (Еф. 2,20).

Церковь (греч.: «экклесиа» – «собрание») существует в Иисусе Христе, через Иисуса Христа и благодаря Иисусу Христу и является отличительной особенностью эпохи нового завета. Однако в то же время Церковь является продолжением духовного Израиля – семени Авраамова и народа завета Божиего. Новый завет, по которому живет Церковь (1 Кор. 11,25; Евр. 8,7–13), – это новая форма отношений, о которых Бог говорит Своей избранной общине: «Буду им Богом, а они будут Моим народом» (Иер. 7,23; 31,33; Исх. 6,7).

Существует различие между тем, какой видит Церковь человек, и какой она видится Богу. Причина – в историческом различении между «видимой церковью» и «невидимой церковью». Слово «невидимая» означает, что подлинные границы Церкви нам неизвестны, только Бог знает (2 Тим. 2,19), кто из принявших крещение и причисляющих себя к членам Церкви (к ее различным конгрегациям) возрожден (рожден свыше) и потому принадлежит к Церкви как духовной общности. Иисус учил, что в церквиорганизации всегда будут люди (в т.ч. и церковные руководители), полагающие, что они христиане, и ведущие себя, как христиане, но невозрожденные в сердце, и потому на последнем суде они будут разоблачены и отвергнуты (Мф. 7,15–27; 13,24–30,36–43,47–50; 25,1–46). Не существует двух церквей – одной видимой, другой невидимой, Церковь одна, совершенно открытая Богу и не совершенно – людям на земле.

Новый Завет предполагает, что все христиане будут участвовать в жизни своей поместной церкви, посещать ее для поклонения Богу (Евр. 10,25), подчиняться ее учению и дисциплине (Мф. 18,15–20; Гал. 6,1) и разделять ее служение и благовествование. Христиане, которые отказываются от соединения с другими верующими, не повинуются Богу и обедняют себя (Евр. 10,25).

Члены Церкви призваны быть «избранными» (отобранными), «святыми» (освященными, отделенными для Бога) и «братьями» (усыновленными детьми Божиими). Церковь была, есть и всегда будет единой поклоняющейся Богу общиной, постоянно собранной

4,11). Кроме того, действуя через этих служителей, Христос возлагает то или иное служение на каждого христианина. В других своих посланиях (Рим. 12,4–8; 1 Кор. 12–14) Павел называет силы, даруемые Богом для служения, двумя разными словами – «харизмата» (особое проявление «харизмы» – благодати, 1 Кор. 12,4) и «пневматика» (особое проявление служения Святого Духа, Божией «пневмы», 1 Кор. 12,1).

Новый Завет дает два общих типа служения в поместных церквах. Хотя неформально все христиане выполняли то или иное служение, некоторые из них были поставлены на этот труд официально. Павел называет этих официальных служителей «епископами и диаконами» (Фил. 1,1) и иногда характеризует епископа (в переводе с греческого – «надзирающий», «блюститель») как «старшего» (Тит. 1,5.7). Епископство предполагало более широкие возможности для научения верующих и руководства церковью (1 Тим. 5,17), в то время как диаконство подразумевало попечение о материальных нуждах верующих (Деян. 6,1–6; 1 Тим. 3,8; ср. Иак. 2,15.16).

Опуская спорные моменты, касающиеся новозаветных духовных даров (харизм), можно говорить с полной уверенностью о трех вещах. Вопервых, духовный дар – это своеобразная способность выражать, прославлять Христа и общаться со Христом для укрепления веры отдельных христиан и церкви. Вовторых, дары бывают двух видов. Это дары слова и дары любви, практического вспомоществования. В Рим. 12,6–8 Павел чередует дары, принадлежащие к двум этим категориям: первым, третьим и четвертым (пророчество, учение и увещевание) названы дары слова, а вторым, пятым, шестым и седьмым (служение, раздавание, начальствование и благотворение) – дары вспоможения. Это противопоставление отнюдь не означает, что какойлибо из даров может быть превосходнее другого. Отличаясь друг от друга как различные формы человеческой деятельности, они имеют равное достоинство, и вопрос заключается лишь в том, насколько правильно верующий использует дар, которым обладает (1 Пет. 4,10.11).

Понятно, что официальные служители не ограничивали верующих в их неформальном служении, а, напротив, максимально этому способствовали (Еф. 4,11–13). В свою очередь, неформальные служители не были своевольны и не подрывали установленный в общине порядок, а позволяли блюстителям руководить их служением, чтобы оно способствовало устроению и научению церкви, ее упрочению и возрастанию (1 Кор. 14,3–5.12.26.40; Евр. 13,17). Тело Христово возрастает в вере и любви «при действии в свою меру каждого члена» (Еф. 4,16), если каждый член исполняет данное ему по Божией благодати служение (Еф. 4,7.12).

Слово «дар» появляется в связи с духовным служением только в Еф. 4,7.8. Павел объясняет фразу «дал дары человекам» (Еф. 4,8) в том смысле, что вознесшийся Христос дает Своей Церкви людей, призванных и наделенных способностями нести служение апостола, пророка, благовестника, пастыря и учителя (Еф.

Втретьих, нет христиан, которые вообще не обладают дарами (1 Кор. 12,7; Еф. 4,7). Поэтому каждый несет ответственность за то, чтобы обнаруживать, развивать и полностью использовать способности, которые Бог дал ему для служения.

ем от обязанностей по отношению к родителям (Мк. 7,6–13). Последнее, что сделал Иисус перед смертью, – проявил заботу о своей матери (Ин. 19,25–27).

Семья является древнейшим и важнейшим установлением человеческого общества. И еврейская ветхозаветная традиция, и эллинистическая культура новозаветного периода под семьей понимают не только родителей и детей, но также родственников, принадлежащих к другим поколениям, слуг и даже друзей, экономически зависимых от главы семьи. Библия подчеркивает значение семьи как духовной общности и базиса, на котором происходит воспитание и становление характера человека.

Семья должна быть сообществом, дающим знания о Боге и научающим благочестию. Детей необходимо наставлять (Быт. 18,18.19; Втор. 4,9; 6,6–8; 11,18–21; Притч. 22,6; Еф. 6,4) и побуждать к тому, чтобы они серьезно относились к учебе как к основе жизни (Притч. 1,8; 6,20). Дисциплина должна быть стержнем воспитания, в процессе которого дети научаются самоконтролю и приобретают жизненный опыт (Притч. 13,24; 19,18; 22,15; 23,13.14; 29,15.17). В семье должна быть такая же целенаправленная, с нежностью поддерживаемая дисциплина, какая существует в семье Божией (Притч. 3,11.12; Евр. 12,5–11).

Библия дает четкую структуру семьи с ясным распределением власти: муж является руководителем по отношению к жене, а родители – руководителями по отношению к детям. Однако всякое руководство в семье – это одна из форм служения, но никак не тирания, и потому все функции, относящиеся к служению домашнего руководителя, должны осуществляться с любовью (Еф. 5,22 – 6,4; Кол. 3,18–21; 1 Пет. 3,1–7). Четвертая заповедь требует, чтобы глава дома руководил всей семьей в соблюдении субботы; пятая заповедь – чтобы дети уважали своих родителей и повиновались им (Исх. 20,8–12; Еф. 6,1–3). Пример исполнения пятой заповеди подал Сам Иисус (Лк. 2,51). Позднее Он непримиримо выступал против такого поведения, которое, имея вид благочестия, на деле являлось уклонени

Семья должна быть единой духовной общностью. Ветхозаветная Пасха была семейным событием (Исх. 12,3). Иисус Навин подал пример всем верующим, когда сказал: «... а я и дом мой будем служить Господу»(Нав. 24,15). Во времена Нового Завета семья становится общностью, объединенной христианской верой (Деян. 11,14; 16,15.31–33; 1 Кор. 1,16). Пригодность кандидатов на занятие церковных должностей оценивалась по тому, насколько хорошо они руководят своими семьями (1 Тим. 3,4.5.12; Тит 1,6).

Создание прочной семьи – первоочередная задача мужчины, избравшего путь служения Богу.