Второе послание к Тимофею апостола Павла

Второе послание к Тимофею было написано апостолом Павлом (см. Первое послание к Тимофею. Введение: Автор).

Второе послание к Тимофею – последнее из посланий апостола Павла – было написано, вероятно, в период между 64-м и 68 г. по Р.Х. (См. Первое послание к Тимофею. Введение: Время и обстоятельства написания).

Павел написал Второе послание к Тимофею во время своего второго тюремного заключения в Риме (1,8; 2,9). По какой причине он был заточен и где был взят под стражу, неизвестно. Уже состоялся предварительный разбор его дела, во время которого он был лишен всякой поддержки (4,16). Суд был еще впереди, но Павел уже знал, что будет казнен (4,6). Большинство же его друзей предпочли удалиться (4,10.11). Он был очень огорчен отступничеством Фигелла и Ермогена (1,15.16), а также Александрамедника (4,14). И только христианин по имени Онисифор остался верен Павлу, утешал и поддерживал его (1,16.17).

Тимофей все еще находился в Ефесе (4,19; 1 Тим. 1,3), где попрежнему распространялось то ложное учение, которое Павел обличал в своем Первом послании к Тимофею (2,17.18; 3,1–8). Помня об их давней дружбе, Павел пожелал перед смертью еще раз увидеть Тимофея (1,4).

Повидимому, Павел написал Второе послание к Тимофею, преследуя две цели: призвать Тимофея в Рим (4,9.21) и духовно укрепить его в служении (1,5–14; 2,1–16.22–26; 3,10 – 4,5).

Как и Первое послание к Тимофею, Второе послание содержит биографические сведения о Тимофее. В нем названы по именам его мать (Евника) и бабка (Лоида), о которых говорится, что они были христианками (1,5). Кроме того, в нем упоминается о том, что Тимофей в раннем возрасте изучал Писание (3,15), и содержится указание на его рукоположение (1,6; ср. 2,2).

Как и в Первом, во Втором послании к Тимофею выражается серьезная забота Павла о сохранении истинного

учения (1,13.14; 2,2; 4,3) и содержатся глубокие богословские размышления о благодати Божией (1,9–11), верности Иисуса Христа уверовавшим в Него (2,11–13) и о сути и назначении Священного Писания (3,15–17). В нем говорится о спасении по благодати Божией (1,9), о предъизбрании (1,9; 2,10.19) и о богодухновенности Священного Писания (3,16). Во Втором послании Павел также свидетельствует о воскресении (2,8) и втором пришествии Иисуса Христа (4,1.8).

Поскольку Второе послание к Тимофею – последнее из посланий Павла, оно имеет особое значение, ибо завершает воссоздание образа апостола. Павел знал, что его плодотворное служение близится к концу (ср. Флп. 1,22–26), и большинство друзей покинули его (4,10.11). И все же он сохранил духовную крепость. Он не стыдился пострадать за Евангелие (1,12) и был готов перенести все «ради избранных» (2,10). Он был верен Христу (4,7) и знал, что Христос «пребывает верен» (1,12; 2,13). Поэтому Павла не покинула уверенность, что Тот, Кто прежде уже спасал его от смерти (3,11; 4,17), через смерть дарует ему жизнь вечную (4,8.18).

Павел пишет о ложном учении, распространившемся в Ефесе, как о явлении внутри самой церкви (2,18; 4,4; 1 Тим. 1,6.19; 4,1; 6,10.21), для которого были характерны увлечение мифами («баснями», 1 Тим. 1,4; 4,7; 2 Тим. 4,4) и родословиями (1 Тим. 1,4), споры и словопрения (1 Тим. 6,4; 2 Тим. 2,14.23), противоречия (1 Тим. 1,4; 6,4), мнимое знание (1 Тим. 6,20), пустословие (1 Тим. 1,6) и безбожные речи (2,16; 1 Тим. 6,20). Это лжеучение запрещало брак и определенные виды пищи (1 Тим. 4,3). Его сторонники верили в то, что воскресение уже было (2,18), а также пытались посвоему толковать иудейский закон (1 Тим. 1,7) и наложить ограничения на молитву (1 Тим. 2,1–7).

Среди вождей этого еретического движения были Именей (2,17; 1 Тим. 1,20), Александр (1 Тим. 1,20) и Филит (2,17).

Совокупность этих черт: специфических доктрин, интереса к мифам и родословиям и стремления к «знанию» (греч.: «гнозис», отсюда – «гностицизм») – позволяет предполагать, что ложное учение в Ефесе могло быть ранней формой гностицизма – еретического движения, которое во II и III вв. по Р.Х. вступило в противоборство с растущей христианской церковью. В то же время характерные аспекты собственно гностицизма здесь отсутствуют, а некоторые моменты позволяют объяснить это учение иудейским и эллинистическим влиянием. Эти два предположения не следует считать противоречащими друг другу, так как и сам гностицизм был совокупным продуктом как иудаистских, так и эллинистических идей. И все же, несмотря на все, что Павел говорит о ложном учении в Ефесе, его истинная природа остается малопонятной.

А. Верность, несмотря на лжеучителей (2,14–26) Б. Влияние лжеучителей (3,1–9) В. Призыв к верности учению, проповеданному Павлом (3,10–17) Г. Последнее наставление в служении (4,1–5)

IV. Личное обращение к Тимофею (4,6–18)

А. Павел о приближающейся смерти (4,6–8)

1. Последние указания Тимофею (4,9–18) 2. Просьба к Тимофею прибыть в Рим (4,9–13) 3. Предостережение против Александра медника (4,14.15) 4. Положение Павла перед законом (4,16–18)

V. Заключение (4,19–22)

А. Прощальные напутствия (4,19–21) Б. Благословение (4,22)

тех идеях, впечатлениях, оценках, теориях и суждениях, которые Писание вызывает в их собственных умах. Отвергая новозаветную концепцию о природе Писания и не считая Библию ни абсолютно достоверной, ни авторитетной в передаче идей, исходящих из разума Самого Бога, они полагают, что Дух управляет ими, когда они строят спекулятивные выкладки фрагментов, искусственно изолированных ими от контекста Писания.

Христианская точка зрения на авторитет Библии основана на том, что Бог является Автором Писания, цель которого – посредством богооткровенной истины, содержащейся в нем, направлять веру и поведение народа Божиего. Все наши представления о Боге должны измеряться, проверяться и, где необходимо, исправляться и расширяться путем прямого обращения к библейскому учению. Авторитет как таковой означает право, притязание и в более широком смысле власть управлять. В христианстве авторитет принадлежит БогуТворцу, создавшему нас для того, чтобы мы познавали Его, любили Его и служили Ему. Письменное Слово Божие, в его истине и мудрости, реализует суверенное право Господа в отношении человечества. Если, с человеческой точки зрения, каждая книга Библии была написана с целью сделать служение Богу более содержательным и искренним, то, с Божественной точки зрения, – вся Библия как единое целое создана для этой цели. И поскольку Отец дал Сыну исполнительную власть над всем мирозданием (Мф. 28,18), назначение Писания отныне в том, чтобы быть тем средством, с помощью которого Христос руководит Своими учениками. В этом отношении все Писание подобно посланиям семи церквам (Откр. 2–3).

Исторический протестантизм находит Божию истину в учении канонического Писания как такового. Он принимает это Писание как богодухновенное (2 Тим. 3,16), безошибочное (абсолютно истинное в том, что оно утверждает), достаточное (содержащее все, что Бог хотел нам сказать, и все, что мы должны знать для достижения спасения и вечной жизни) и ясное (говорящее обо всем прямо и дающее истолкование всех важных моментов текста).

Первые две из вышеперечисленных богословских позиций, оценивая истинность и премудрость Библии, придают решающее значение человеческому суждению, в то время как третья, высоко ценя церковное наследие веры и принимая во внимание требования, предъявляемые рациональным мышлением, последовательно подчиняет все человеческие суждения Писанию, видя в нем критерии истины и канон, т.е. правило или стандарт.

А где искать авторитетную истину сегодня? На этот вопрос можно дать три ответа, и каждый из них, хотя и различным образом, укажет на Библию.

Каноническое Писание – голос Бога, звучащий в мире. Оно обладает правом управлять, делегированным ему Его Божественным Автором. Именно поэтому мы должны согласовывать наши мысли и моральные принципы с Библией. И именно поэтому – из осознания Божественного авторитета Библии – она не может мыслиться как принадлежащая исключительно какойлибо одной конфессии или группе верующих, даже с учетом права каждого читать и осмысливать Писание.

Римскокатолическая и православная церкви считают, что находят истину в истолкованиях Писания, запечатленных в их собственных преданиях. Они рассматривают Библию как данную Богом истину, однако настаивают, что толковать эту истину должна церковь, которая непогрешима в своих суждениях.

Либеральномодернистские церкви видят истину в