2 Царств. Глава 24

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

опять. В случае, если данное слово подразумевает вполне определенное событие, совершившееся ранее, то наиболее соответствующим представляется голод, о котором говорится в 21,1.

и возбудил он ... Давида. Грамматическое строение фразы таково, что слово «он» может относиться к Господу (ср. 1 Цар. 26,19: «если Господь возбудил тебя против меня»). Однако из 1 Пар. 21,1 следует, что Давид был возбужден сатаной, и, таким образом, данное место затрагивает тайну присутствия и осуществления зла в мире. В этой связи необходимо отметить, что, хотя Писание совершенно однозначно говорит о том, что святой Бог не может быть источником зла (Нав. 1,13–15), но не оставляет также сомнений в том, что даже злые дела людей и сатаны не находятся за пределами Божией власти (см. 1 Цар. 2,25 и ком.; Исх. 4,21; 3 Цар. 22,20–23; Иов 1,12; Иез. 14,9; Деян. 4,27.28; 2 Кор. 12,7). Господь и сатана – не равны по могуществу, и над последним всегда простерта власть Божия.

исчисли. В переписи самой по себе нет ничего дурного (Чис. 1,1.2; 4,1.2; 26,1–4; но см. Исх. 30,11.12). Таким образом, камнем преткновения в данном случае, как и тогда, когда Израиль требовал себе царя (1 Цар., гл. 8), являются мотивы, по которым перепись предпринималась. В тексте нет на них прямого указания, однако с полным основанием можно предположить, что повеление Давида «исчислить народ» (ст. 2) было продиктовано гордыней и желанием увериться в том, сколь обширно его царство, или, возможно, даже стремлением распространить его за определенные Господом пределы.

Израиля и Иуду. См. ком. к 1 Цар. 11,8.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

от Дана до Вирсавии. Образное обозначение всех земель израильских.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

для чего ... царь желает этого дела?. О причинах беспокойства Иоава ничего не говорится; с равной вероятностью они могли быть как политического, так и религиозного свойства, поскольку перепись могла быть истолкована народом как знак того, что Давид намеревается повысить налоги либо ввести новую воинскую повинность.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

слово царя ... превозмогло. То обстоятельство, что Давид настаивает на

Царство Давида. Военные успехи Давида способствовали значительному расширению границ его царства. Его победы над моавитянами и едомитянами – к востоку и югу от Иерусалима – упрочили его контроль над всей прилегающей территорией. Успешным отражением атак с запада Давид изолировал филистимлян от нескольких важных прибрежных городов. Победы над царем Сувы и арамеями на севере позволили Давиду расширить границы своего царства в этом направлении, а впечатляющий разгром аммонитян обеспечил ему власть над центральными регионами. Перепись населения, произведенная Иоавом по приказанию Давида, засвидетельствовала, как разрослось и окрепло царство Давида.

своем приказании и не отвечает на вопрос Иоава, может означать, что, организуя перепись, он руководствовался сомнительными побуждениями (см. ст. 1 и ком.).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

Несмотря на то, что данные стихи в текстологическом отношении вызывают некоторые затруднения, они вполне определенно дают понять, что перепись началась на юге заиорданской области и, пройдя по всей стране, закончилась в Вирсавии.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

Несмотря на то, что данные стихи в текстологическом отношении вызывают некоторые затруднения, они вполне определенно дают понять, что перепись началась на юге заиорданской области и, пройдя по всей стране, закончилась в Вирсавии.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

Несмотря на то, что данные стихи в текстологическом отношении вызывают некоторые затруднения, они вполне определенно дают понять, что перепись началась на юге заиорданской области и, пройдя по всей стране, закончилась в Вирсавии.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

девять месяцев и двадцать дней. Большая часть этого времени потребовалась для того, чтобы произвести перепись; собственно путь мог занять лишь несколько недель.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

Израильтян было восемьсот тысяч мужей ... Иудеян пятьсот тысяч. В 1 Пар. 21,5 названо соответственно «тысяча тысяч, и сто тысяч» и «четыреста семьдесят тысяч»; в связи с этим несоответствием см. ком. к 1 Пар. 21,5.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

вздрогнуло сердце. См. 1 Цар. 24,6.

тяжко согрешил я. См. ст. 17.

прости грех. Будучи искренней, мольба Давида о прощении, должно быть, была услышана и удовлетворена Господом еще до прихода к царю Гада (ст. 11–13). Однако, как и прежде, когда Давид согрешил против Урии и Вирсавии, прощение не означает, что его грех не будет иметь последствий (ст. 13; 12,13.14).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

пойди и скажи Давиду. Господь посылает к Давиду Гада, как прежде посылал к нему пророка Нафана (см. 12,1 и ком.), с тем, чтобы он обличил Давида.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

избирай ... быть ли голоду ... чтобы была ... моровая язва. В наказании нашествием неприятелей для Давида таится угроза стать жертвой их мечей, которая здесь прямо не высказана, но зато открыто звучит в 1 Пар. 21,12: «три месяца будешь ты преследуем неприятелями твоими и меч врагов твоих будет досягать до тебя». Голод, меч и моровая язва образуют триаду ветхозаветных кар, грозивших тем, кто упорствовал в своем пренебрежении к завету (см., напр., Лев. 26,23–26; Втор. 28,21–26; 32,24.25; 3 Цар. 8,37; 2 Пар. 20,9; Ис. 51,19; Иер. 14,12; Иез. 6,11.12).

реши. По милосердию Своему Господь дозволяет Давиду самому выбрать одно из трех возможных наказаний.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

пусть впаду я в руки Господа. Данные слова допускают и первое, и третье наказание, т.е. голод или моровую язву (хотя в 1 Пар. 21,12 именно о последней говорится как о «мече Господнем»), и подчас из них делают вывод, что выбор Давида объясняется его заботой о собственной безопасности. Однако дело в том, что только второе наказание предполагает человеческий фактор, в то время как голод и моровая язва – бедствия, целиком и полностью зависящие от воли Господа, а милость Господа известна Давиду, на нее он и полагается. См. 24,16 и ком.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

от Дана до Вирсавии. См. ст. 2.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

довольно. Смилостивившись, Господь останавливает руку карающего Ангела (см. ком. к ст. 14).

Ангел же Господень. См. ком. к Быт. 16,7; Исх. 33,2; Пс. 34,5.6; Мф. 13,41; Деян. 12,23.

у гумна Орны. На этом месте Соломоном будет воздвигнут храм.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

пусть же рука Твоя обратится на меня. Сердце Давида, как и сердце Божие (ст. 16), скорбит при виде бедствий его народа. Как истинный царь-пастырь, он исполняется сострадания и молит, чтобы карающая рука миновала его «овец» и обратилась на него одного. Хотя Давид действительно заслужил наказание за свой грех, в его жертвенном стремлении самому пострадать вместо своего народа угадывается отдаленный прообраз грядущего великого Пастыря (Мф. 2,6; 25,32–34), Который пожертвует жизнь за Своих овец (Ин. 10,11; ср. 1 Пет. 3,18; Рим. 5,8; 6,23; 1 Кор. 15,3; Фил. 2,8; Евр. 9,15; 12,2).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

для всесожжения. См. ком. к 1 Цар. 10,8.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

не вознесу Господу Богу моему жертвы, взятой даром. Давид сознает, что в то время как Божия милость и прощение есть свободный дар, почтить Бога, не приложив к тому затрат и усилий, – невозможно (ср. Мал. 1,6–14; 2 Кор. 8,1–5). Писание свидетельствует, что Бог достоин самого лучшего (Чис. 18,12; Втор. 18,3.5; 26,10; Неем. 12,44; Притч. 3,9).

пятьдесят сиклей серебра. См. 1 Пар. 21,25 и ком.

В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, – грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избран

ничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11–16).

принес всесожжения и мирные жертвы. См. ком. к 1 Цар. 10,8.

умилостивился Господь над страною. Эти слова почти в точности повторяют те, что содержатся в 21,14 и относятся к окончанию голода, ниспосланного на Израиль за нарушение Саулом клятвы гаваонитянам.