1 Царств. Глава 9

Был некто из сынов Вениамина. Слова, открывающие повествование о Сауле, почти совпадают с теми, которыми начинался рассказ о рождении Самуила (1,1). В обоих случаях сначала говорится об отце, который и у Самуила, и у Саула занимал видное место в израильском обществе. Об отце Самуила сказано также, что он был человеком весьма благочестивым (1,3–5), тогда как во втором случае ничего подобного не говорится, а повествование переходит непосредственно к Саулу (ст. 2),

причем речь ведется исключительно о его внешности. Ближайшую параллель этому месту составляет начало повествования об Авессаломе в 2 Цар. 14,25.26.

сын ... молодой и красивый. В описании Саула основное место занимает его внешность и то, какое впечатление она производила на соплеменников; даже его молодость здесь не так важна. Древнееврейское слово, переданное в данном контексте как «молодой», было бы правильней, по всей видимости, переводить словом «отборный» (именно так оно переводится в 24,3; Суд. 20,15.16.34).

вот в этом городе есть человек Божий. В этом эпизоде в первый, но не в последний раз слуга берет инициативу на себя. Именно он сообщает Саулу о том, что «в этом городе» (по всей вероятности, в Раме; см. ком. к 1,1) находится «человек Божий» (см. ком. к 2,27). Саул либо не знал о человеке Божием и о его присутствии в городе, либо не захотел спросить его совета. Будущий царь, таким образом, предстает в данном эпизоде не в самом благоприятном свете.

подарка нет, чтобы поднести человеку Божию. Известно, что истинные пророки Израиля не принимали вознаграждения за свои пророчества. Очевидно, Саул этими словами выразил свое презрительное отношение к пророку.

И опять отвечал слуга. См. ком. к ст. 6.

тот, кого называют ныне пророком, прежде назывался прозорливцем. Слова «пророк» и «прозорливец» – синонимы (ср. 2 Цар. 24,11). Во времена Саула из двух более употребительным было первое, тогда как ко времени написания Первой книги Царств чаще стали использовать второе.

на высоте. Соответствующее древнееврейское слово в ВЗ используется как в своем буквальном значении – «возвышенное место», «холм», – так и для обозначения расположенного на вершине холма храма или святилища. Хотя эти «высоты», как правило, считались представляющими угрозу чистоте богослужебной практики израильтян, поскольку изначально на них совершали свои обряды жители Ханаана (см., напр., Лев. 26,30; Чис. 33,52; Втор. 12,2,3; Иер. 2,20). Иногда, особенно в первый период после установления института царской власти, они использовались для богослужений Иегове (10,5; 3 Цар. 14,22,23). Удаление «высот» стало одним из основных моментов преобразований, предпринятых царями Езекией (4 Цар. 18,4) и Иосией (4 Цар. 23,5).

ты помажь его. См. ком. к 2,10.

в правителя народу. Древнееврейское слово, которое переведено здесь как «правитель», может также иметь значение «предназначенный для чего-либо». Непосредственное предназначение Саула состоит в избавлении Израиля от власти филистимлян, а принимая в расчет сказанное в гл. 8, легко заключить, что в дальнейшем ему предстояло стать первым израильским царем.

подошел Саул к Самуилу. То обстоятельство, что Саул при встрече не узнал Самуила (это ясно из заданного им пророку вопроса), свидетельствует о духовной слепоте будущего царя; эта слепота со временем усугубится.

все вожделенное в Израиле. Возможный перевод: «все вожделенное Израилем» (он предлагается NIV). В таком случае Самуил говорит здесь о том, что Саул – это именно тот царь, которого хотел иметь над собой народ.

взял повар плечо ... и положил пред Саулом. Почетный прием, оказанный Саулу, свидетельствует не только о том, что отныне он занял высокое положение среди израильтян, но и о том также, что Самуил заранее знал о его прибытии (ст. 15, 16).

Самуил разговаривал с Саулом на кровле. В соответствующем месте древнееврейского текста Самуил прямо не упоминается; Септуагинта (греческий перевод ВЗ) передает его как «постелили Саулу на кровле», что, возможно, отражает первоначальное звучание данного места.