Первое послание апостола Иоанна

Близость Первого послания Иоанна по языку, стилю и содержанию и Евангелия от Иоанна позволяет с полной уверенностью утверждать, что они написаны одним и тем же автором. Таким образом, решение проблемы авторства этого послания тесно связано с решением вопроса о том, кто был автором Евангелия от Иоанна (см. Евангелие от Иоанна. Введение: Автор). Несмотря на то, что формально оба эти произведения анонимны, т.е. в самом тексте имя автора не указано, нет никаких оснований подвергать сом, нению традиционную версию, что автором является апос, тол Иоанн, сын Зеведеев. Иные гипотезы относительно авторства (некий Иоанн,пресвитер или Иоанн Марк) но, сят исключительно спекулятивный характер и не могут приниматься к рассмотрению. Подчеркнутая в начальных строках послания авторитетность свидетельства очевидца указывает на апостольское достоинство Иоанна (ср. Ин. 19,35; 20,3–8; 21,24).

Апостол Иоанн написал это послание, чтобы поделиться плодами своего духовного опыта с новым поколением хри, стиан. Кроме того, он хотел предостеречь своих читателей от разных лжеучителей, не считавших Иисуса Христом, пришедшим во плоти (4,2.3). Такого рода лжеучения (что Христа Спасителя якобы надо отличать от человека Иисуса из Назарета, что Христос лишь по видимости был чело, веком и смерть Его была иллюзорной) появились еще в самом начале истории христианства и получили название «докетизм» (от греч. слова «докео» – «казаться», «иметь видимость»).

Некоторые исследователи полагают, что это лжеучение можно считать одной из разновидностей гностицизма – ре, лигиозного течения, которое связывало спасение с опытом личного эзотерического откровения (от греч. «гнозис» – «познание»). Скорее всего, речь идет о предшественниках гностицизма – докетах. Существует мнение, что в Первом послании имеется в виду вполне конкретный лжеучитель – Керинф из Малой Азии (конец I в. по Р.Х.). Древними тол, кователями Керинф причислялся и к гностикам, и к доке, там, но в упоминаемом Первом послании Иоанна лжеуче, нии мало тех идей, которые приписывались Керинфу, еще меньше оснований связывать это лжеучение с гностициз,

мом. Каких,либо иных подробностей полемики тех лет в послании не содержится.

Признание Первого послания Иоанна наследием апо, стола позволяет датировать его годами жизни автора, ве, роятно, относящимися к двум последним десятилетиям I в. по Р.Х. О том, что Первое послание было написано позднее Евангелия от Иоанна, свидетельствуют три факта. Во,пер, вых, частые упоминания о тех идеях, которые более ясно и подробно изложены в Евангелии от Иоанна; автор исходит из наличия Евангелия и знакомства с его содержанием читателей. Во,вторых, в Евангелии не отражен конфликт с докетами, ибо он возник позже. В,третьих, в послании нет и следов идеологического конфликта с «иудеями», кото, рый весьма заметен в первой половине Евангелия. Еван, гелие от Иоанна показывает созревание самосознания христианской общины как народа Божия, отличного от еврейского народа, тогда как Первое послание отражает период жизни общины, уже вполне утвердившейся, само, стоятельной и уверенной.

Еще одно указание на время появления Первого посла, ния Иоанна можно найти, сравнивая его с посланиями Игна, тия Антиохийского, написанными ок. 110 г. по Р.Х., и посла, нием Поликарпа Смирнского, появившимся чуть позже. Эти послания свидетельствуют, что во время их написания церк, ви пришлось столкнуться с аналогичными лжеучениями, но уже гораздо более изощренными, чем те, о которых говорит, ся в Первом послании Иоанна, поэтому его следует датиро, вать временем, значительно ранее 110 г. по Р.Х.

Хотя традиционно Первое послание Иоанна принято отно, сить к произведениям эпистолярного жанра, в нем отсутст, вуют черты, свойственные письмам (обращение, началь, ные приветствия, завершающие приветствия). С другой стороны, Иоанн обращается к читателям «Дети мои!» (2,1) и свидетельствует о том, что он пишет определенной груп, пе людей, для него очень дорогих и близких. Тем не менее с другими посланиями НЗ его роднит наличие предостере, жений и наставлений.

Это послание можно назвать своего рода «завещанием» апостола Иоанна. Оно имеет три основные особенности завещания: краткий обзор жизни завещателя, нравствен, ное назидание, а также предостережения и предсказания о будущем. Как и Павел, взирая на свою жизнь, Иоанн преж, де всего говорит о преданности своему апостольскому при, званию (1,1–3; Деян. 20,20.21). Увещания Иоанна, как и ветхозаветного пророка Самуила, содержат наставления служить истинному Богу и избегать идолослужения (2,3–5; 1 Цар. 12,14.15), но теперь уже в свете примера Иисуса Христа (2,6). И Самуил, и Иоанн придают большое значе, ние исповеданию грехов, говоря о следующих за ним бла, гословениях (1,9; 1 Цар. 12,10.11). Кроме того, Иоанн особо говорит о всеобщих обетованиях, основанных на ходатай, стве перед Отцом Иисуса Христа, Праведника (2,1.2).

I. Введение: явление жизни вечной (1,1–4)

II. Свет и тьма (1,5 – 2,27)

А. Мы должны ходить в свете (1,5 – 2,11)

1. Прощение грехов (1,5–10) 2. Исполнение заповедей (2,1–6) 3. Любовь к братьям (2,7–11) Б. Избегайте греха (2,12–17)

1. Сила и крепость – в познании Отца (2,12–14) 2. Жизнь в любви Отчей (2,15–17) 3. Пребывание в Отце и Сыне (2,18–28) 4. Рождение от Бога – источник праведности (2,29 – 3,10)

III. Уверенность в победе (3,11 – 5,21)

А. Божия любовь выделила нас (3,11 – 5,5) 1. От смерти – к жизни (3,11–15) 2. Причастники истины (3,16–24) 3. Мы от Бога (4,1–6) 4. Мы любимы Богом (4,7–12) 5. Мы пребываем в Нем и Он в нас (4,13 – 5,5) Б. Жизнь вечная в Сыне Божием (5,6–21)

1. Жизнь вечная засвидетельствована Богом (5,6–12) 2. Жизнь вечная обетована Богом (5,13–21)

ное и указывается, что невозможно пребывать во Хри, сте и в то же время избирать грех как образ жизни. Диспенсационный антиномианизм (от английского слова «диспенсейшн», означающего освобождение от обязанности соблюдать какое,либо правило) придер, живается взгляда, что соблюдение нравственного за, кона не представляет для христиан какой,либо необ, ходимости, поскольку они живут не под законом, но, напротив, освобождены от закона благодатью. Однако Рим. 3,31 и 1 Кор. 6,9–11 ясно указывают на то, что соблюдение закона по,прежнему остается обязанно, стью христиан.

Антиномианизмом (что можно перевести как «отри, цание закона») называется определенная система взгля, дов, отрицающая, что изложенный в Писании Божий закон должен непосредственно направлять христиан, скую жизнь.

Дуалистический антиномианизм впервые появляет, ся в гностической ереси, против которой выступали апостолы Иуда и Петр (2 Пет. 2; Иуд. 4–19). Согласно гностикам, спасение предназначено только для души; а все, что связано с человеческим телом, Богу безразли, чно и не имеет отношения к здоровью души. Поэтому неважно, сколь безнравственна и порочна жизнь чело, века, – его поведение не имеет никакого значения.

Ситуационный антиномианизм заявляет, что если мотивацией и движущей силой поступков является любовь, – то это все, чего Бог требует от христиан, а повеления Десяти заповедей и других этических час, тей Писания, включая предписанные Самим Богом, являются не более чем правилами любви, которыми любовь может в любой момент пренебречь. Но Посла, ние к римлянам (13,8–10) учит как раз тому, что любовь как движущий мотив – это необходимое усло, вие для исполнения конкретных заповедей. Закон Божий разоблачает и отвергает как ложную любовь, которая не признает своей ответственности перед Богом и ближними.

Духоцентричный антиномианизм настолько полага, ется на внутренние побуждения от Святого Духа, что отрицает всякую необходимость в изучении закона с целью узнать, как следует жить. Свобода от закона как средства спасения интерпретируется как свобода от закона – нормы поведения. В первые 150 лет эпохи Ре, формации доминировал этот вид антиномианизма. Оче, видно, что и Коринфская церковь познала это заблуж, дение, поскольку Павел настойчиво убеждал коринфян, что истинно духовная личность должна признавать авторитет Слова Божиего (1 Кор. 14,37; ср. 7,40).

Нравственный закон, как он представлен в Десяти заповедях и в Библии в целом, является выражением Божией праведности и дан, чтобы стать кодексом поведения народа Божиего во все времена. Закон не противопоставляется Божией любви и милосердию, но являет их в действии. Дух дает христианам силу со, блюдать закон, все более и более уподобляя нас Хри, сту – единственному Исполнителю закона (Мф. 5,17).

Другая разновидность антиномианизма исходит из утверждения, что Бог не видит грехов верующих, потому что они находятся во Христе, Который испол, нил закон за них. Отсюда они делали ложный вывод, будто их дела не имеют реального значения при усло, вии, что они сохраняют свою веру. Однако в 1 Ин. 1,8–2,1 и 3,4–10 утверждается прямо противополож,